Практика

Мастер: Кира Муратова

В память о Кире Муратовой предлагаем разобраться в основных чертах творческого стиля главного режиссера-нонконформиста советской и постсоветской эпох: абсурд, гротеск, «дурной вкус», непрофессиональные актеры, повторы и повторы

  • 29 июня
  • 783
Павел Орлов

Еще больше полезных статей на tvkinoradio.ru для сценаристов, режиссеров, операторов, монтажеров, художников-постановщиков, художников по костюмам, звукорежиссеров, композиторов, супервайзеров визуальных эффектов и продюсеров.
 

Режиссер, который «гуляет сама по себе»


Режиссер Кира Муратова (2007) / Фото: Юлия Рубцова/ТАСС
Режиссер Кира Муратова (2007) / Фото: Юлия Рубцова/ТАСС

Первая особенность Киры Муратовой как режиссера — ее абсолютная самодостаточность и уникальность. По меткому замечанию критика, Муратова — непокорный режиссер, который «гуляет сама по себе».

Она никогда не относилась ни к каким кинематографическим стилям, школам и направлениям. Пережила несколько кинематографических эпох с 1960-х по 2010-е годы. И в каждой эпохе она оставила знаковые фильмы, хотя не всегда вписывалась во время.

Начиная с первых картин и вплоть до перестройки режиссер терпела гонения — ей не давали работать (в 1970-е из-за «профнепригодности» она была на Одесской киностудии библиотекарем), ограничивали в прокате («Короткие встречи»), запрещали («Долгие проводы»), подвергали цензуре (ленту «Среди серых камней» искромсали так, что Муратова сняла свое имя с титров, указав вымышленного Ивана Сидорова).

Напротив, после распада Советского Союза, когда многие даже именитые режиссеры оказались без работы, Муратова стала стабильно снимать по картине в два-три года. Ее можно называть режиссером советским и постсоветским (а также несоветским и антисоветским), российским и украинским, одесским и европейским. Каждое подобное определение будет верно, но в то же время очевидно, что Муратова гораздо масштабнее таких рамок.
 

Полижанровость: от «провинциальных мелодрам» до «шедевров пессимизма»


Режиссер Кира Муратова (2007) / Фото: Валерий Матыцин/ ТАСС
Режиссер Кира Муратова (2007) / Фото: Валерий Матыцин/ ТАСС

Невозможно дать общее краткое определение какого-то муратовского жанра. Потому что все ее картины очень разные. Разве что, с некоторыми оговорками, прослеживается своего рода маятник — режиссер снимала одну-две тяжелых, мрачных, депрессивных картины, а потом ненадолго отвлекалась не нечто более легкое.

Свои первые фильмы — «Короткие встречи», «Долгие проводы», «Познавая белый свет» — Муратова сама называла «провинциальными мелодрамами». За ними она сняла «Астенический синдром», который вошел в историю как «манифест отечественного пессимизма». После был «сентиментально-розовый» «Чувствительный милиционер» и светлые и нарядные «Увлеченья».

Но затем Муратова погрузилась в пучины человеческих пороков, зла и жестокости в «Трех историях». Именно там от лица одной из героинь режиссер «поставила этой планете ноль». Далее были гротескные комедии, криминальные мелодрамы и авантюрные водевили: «Второстепенные люди», «Чеховские мотивы», «Настройщик».

В «Два в одном» Муратова приблизилась к сказке, но уже следующая «Мелодия для шарманки», словами Андрея Плахова: «Редкий даже для Муратовой шедевр тотального пессимизма и категоричного морализаторства». Наконец, «Вечное возвращение», после которого Муратова настойчиво попросила называть себя «бывшим режиссером», — это абсурдистская трагикомедия о банальности жизни и одновременно «горестной природе кинотворчества». Основа настроения этой картины — меланхолия, что делает ее, кажется, идеальной для финала творческого пути Муратовой.
 

Декор: пышность и «дурной вкус»


Кадр из фильма «Два в одном» (2007) / Фото: Sota Cinema Group
Кадр из фильма «Два в одном» (2007) / Фото: Sota Cinema Group

Муратова спокойно признавалась в «дурном вкусе»: «…я человек довольно эклектичный во всех отношениях. То, что называется „кич“ или „безвкусица“, мне не чуждо. Я всегда говорю, что плохой вкус — это хороший вкус, и наоборот». Отсюда такая особенность ее картин как пышный, гротескный декор пространства и костюма. Муратова испытывала особый интерес к диковинным интерьерам и старомодным вещам. Неожиданные сочетания цветов и яркая фактура помогают создавать специфическую, подчас карнавальную атмосферу, а заодно подчеркивать пограничное состояние муратовских героев.
 

Герои «не от мира сего»: непрофессионалы и звезды


Кадр из фильма «Долгие проводы» (1971) / Фото: Одесская киностудия
Кадр из фильма «Долгие проводы» (1971) / Фото: Одесская киностудия

Современный человек и человеческие отношения в самых камерных, интимных формах — вот, пожалуй, главная тема творчества Муратовой. Ее герои неизменно кажутся эксцентричными, странными, чудаковатыми, отрешенными. Часто это маргиналы, «второстепенные люди». Про таких еще говорят «не от мира сего». Они кажутся нервными и жестокими, но одновременно трогательными и беззащитными. Но именно таким, противоречивым и причудливым, видится Муратовой самый обычный современный человек. Как тут не вспомнить, что режиссера часто обвиняли в мизантропии, на что она отвечала, что любить для нее возможно только отдельного человека, но не все человечество в целом.

Кадр из фильма «Настройщик» (2004) / Фото: Пигмалион
Кадр из фильма «Настройщик» (2004) / Фото: Пигмалион

Ища предельной естественности, Муратова часто работала с непрофессиональными актерами. Причем многие из них попадали к ней на площадку буквально с улицы. С их помощью режиссер создавала типажи, маски, одним своим видом выражающие необходимый образ.

Вместе с тем у Муратовой был обширный состав «своих» актеров, стабильно появляющихся в ее кино. Причем артисты это совершенно разные: клоуны из «Маски-шоу» Георгий Делиев и Наталья Бузько, звезды, вроде Олега Табакова и Аллы Демидовой, Сергея Маковецкого и Богдана Ступки, просто любимцы, вроде Сергея Попова, Леонида Кушнира, Жана Даниэля, Уты Кильтер и Александры Свенской. Невозможно представить кинематограф Муратовой без открытых ею Зинаиды Шарко, Нины Руслановой, Натальи Лебле и Ренаты Литвиновой, каждая из которых — особое, уникальное проявление женской природы. При этом любых актеров Муратова подбирала по простому принципу: «Артист должен подходить к роли. Если актер неорганичен, то он вообще выпадает из фильма. Органика — это первое».
 

Животные


Кадр из фильма «Астенический синдром» (1989) / Фото: Одесская киностудия
Кадр из фильма «Астенический синдром» (1989) / Фото: Одесская киностудия

Отвлечемся от людей и обратимся к братьям нашим меньшим. В кадре Муратовой часто присутствуют животные: собаки, кошки, лошади. Режиссер объясняла их обязательное появление собственным впечатлением от живодерни: «…на „Короткие встречи“: нам нужна была собака. Кто-то посоветовал пойти в живодерню. Я пришла в этот утильцех, и то, что я увидела… Я три дня думала, что вообще ничего больше не буду снимать. Потом, когда пришла в себя, решила: если я сниму это, мне станет легче. Сняла. Не помогло, осколок во мне так и сидит».

Помещая животных в кадр, Муратова как бы напоминает зрителю о тех, кто не по своей воле включен в систему человеческих взаимоотношений и часто становится их жертвой. С этим мотивом связаны и самые, пожалуй, страшные кадры во всей фильмографии Муратовой — знаменитая документальная сцена живодерни в «Астеническом синдроме».
 

Невнятное произношение и искаженная пластика


Вообще Муратова уделяла исключительное внимание работе с речью актера. Неподготовленный зритель порой даже может возмутиться, что речь героев не удается разобрать. Однако Муратова таким образом, с одной стороны, следовала специфическому одесскому прононсу, да и вообще особенности многих людей в обиходе говорить неразборчиво. С другой стороны, важнее конкретных слов часто бывает интонация, настроение, которое идет от игры актера.

Отвечая в одном из интервью на вопрос о специфике речи своих героев, Муратова говорила так: «А может, я просто выбираю людей, которые говорят очень интересно, своеобразно. Это люди, обладающие острой характерностью, у них не только речь, но и весь облик особенный, необычный. Вот когда я говорю, я это делаю ведь не так, да? Говорю просто, логично, по-дикторски. Такая речь мне неинтересна. В кино я стремлюсь к тому, что мне нравится, и, наверное, в результате то, что у меня получается, у многих вызывает ощущение специфичности. Но я не улавливаю эту специфичность настолько, чтобы ее проанализировать. Знаю только, что так разговаривают люди, которые мне интересны».

И тут мы сталкиваемся с еще одним необычным характерным муратовским приемом. Ее актеры могут намеренно переигрывать вплоть до кривляния, выступать с явно искаженной мимикой и пластикой. Такими обостренными средствами режиссер достигает особой выразительности художественных образов.
 
Сцена из фильма «Астенический синдром» (1989)

Ну, и раз мы заговорили о речи, заметим, что Муратова — это еще и ниспровергатель табу. «Астенический синдром» вызывал (и продолжает вызывать) шок по многим причинам, но одна из них заключается в том, что в этой картине впервые с советского экрана звучал мат. Вновь не слишком-то разборчиво, но тем не менее звучал.
 

Повторы


Пожалуй, самый характерный из приемов Муратовой — различные виды повторов, рефренов и тавтологий. Это может проявляться на разных уровнях, касаться жестов, мимики и фраз или ситуаций и сцен. Например, герои могут периодически «зависать» на повторении одной и той же реплики.

Кадр из фильма «Мелодия для шарманки» (2009) / Фото: кинокомпания «СОТА Синема Групп»
Кадр из фильма «Мелодия для шарманки» (2009) / Фото: кинокомпания «СОТА Синема Групп»

Муратова объясняла такие решения просто: «Мы талдычим все без конца». То есть человеку вообще свойственно повторять и повторять одни и те же вещи. То ли от проблем с коммуникабельностью, то ли от собственных неврозов. В любом случае, Муратова в интервью часто высказывала удивление тем, что зрителя так удивляют речевые повторы в ее картинах — ведь в жизни так и происходит, прием вполне реалистичен.

А вот другой вид повторов — ситуации — чуть более условный. Например, в «Мелодии для шарманки» в одной из сцен встречаются близнецы-братья и их же близнецы-сестры.

Еще более сюрреалистичный вид повтора — когда дублируется одна и та же сцена. Например, в фильме «Познавая белый свет» героиня Нины Руслановой в одной сцене дважды подряд выходит из грузовика — режиссер оставила два дубля. Такой подход сближает кинематограф Муратовой с поэзией. Во всяком случае, сама автор видела в дублях сцен не что иное, как рифмы. Киновед Михаил Ямпольский же отмечает важность подобных повторов для ритма картин.

Кадр из фильма «Вечное возвращение» (2012) / Фото: кинокомпания «СОТА Синема Групп»
Кадр из фильма «Вечное возвращение» (2012) / Фото: кинокомпания «СОТА Синема Групп»

Пожалуй, наиболее глобальное проявление «повторяемости» в творчестве Муратовой — это ее последняя лента «Вечное возвращение». Повторы тут — каркас всего фильма: почти два часа экранного времени мы наблюдаем одну и ту же ситуацию, несколько раз разыгранную разными артистами. При этом от постоянных повторений в итоге теряется сюжетный смысл. Зато особую глубину приобретают детали, нюансы и мелкие отличия. Да и, кстати, название «Вечное возвращение» вполне тянет на лаконичную характеристику всего творческого пути Муратовой.
 

Абсурдизм и отвлечения


Действие в фильмах Муратовой не всегда поддается обычной, бытовой логике — оно абсурдно, связано с самым причудливым вымыслом. Не зря о кинематографе режиссера часто говорят, что он «предсказуем в своей непредсказуемости».

Скажем, по сюжету «Чувствительного милиционера» страж порядка находит младенца в капусте. Но что удивляет даже больше, так это то, что действие периодически стремится выйти еще и за рамки традиционной драматургической логики.

Кадр из фильма «Увлеченья» (1994) / Фото: Никола-Фильм
Кадр из фильма «Увлеченья» (1994) / Фото: Никола-Фильм

Режиссер может спокойно отвлекаться от основного повествования на что-то, казалось бы, совершенно постороннее. Скажем, герои могут внезапно переходить к пространным монологам, рассуждениям и исповедям, совершенно, на первый взгляд, не подходящим к данному месту и ситуации. Также в качестве примера можно привести «неуместный» эпизод с лошадьми из фильма «Увлеченья». Или же действие может безвозвратно прерваться в кульминационный момент, как это происходит с первой новеллой «Астенического синдрома».

Такими способами режиссер создает определенное настроение, выявляет детали и раскрывает внутреннюю, глубинную взаимосвязь вещей и явлений.
 

Метакино


Кадр из фильма «Астенический синдром» (1989) / Фото: Одесская киностудия
Кадр из фильма «Астенический синдром» (1989) / Фото: Одесская киностудия

И еще один способ непредсказуемого «отвлечения». Режиссер способна внезапно заявить зрителю с экрана: «Да, это всего лишь фильм». Например, первая часть «Астенического синдрома» неожиданно прерывается, а мы оказываемся на кинопоказе этого самого фильма из первой части, с которого массово убегает зритель. Перед нами кино в кино, а заодно еще и впечатляющая самоирония.

Вариации такого обнаженного приема можно встретить и в других лентах Муратовой, но особенно примечательно «Вечное возвращение» с сюжетной рамкой: режиссер картины умер, от фильма остались только кинопробы, которые пройдоха-продюсер пытается «впарить» инвестору под видом шедевра большого искусства.
 

Обложка: режиссер Кира Муратова / Alessia Paradisi/PA Photos

 


Комментарии

Напишите комментарий первым!

Смотрите также

Популярное
Практика

12 режиссерских советов Гая Ричи

Мастер боевика с ярко выраженным ист-эндским акцентом отмечает 50-летний юбилей и делится советами: когда стоит начинать работать, почему состояние дискомфорта полезно и как планирование способствует импровизации

  • 10 сентября
  • 3526
Практика

Может ли «фанатский» рекламный ролик повлиять на карьеру

Джоно Сенефф, режиссер неофициального ролика Tesla — о том, зачем снимать рекламу без заказа и стоит ли это того

  • 8 сентября
  • 2114
Репортаж

Live: Премия «Эмми-2018»

Юбилейная 70-я церемония вручения «Эмми» подошла к концу. О чем шутили, кого награждали и кому впервые за всю историю премии сделали предложение в прямом эфире – читайте в нашей текстовой трансляции 

  • 17 сентября
  • 1766
Практика

Почему художнику по костюмам нужно дружить с оператором

Многие говорят, что при создании фильма художник по костюмам должен тесно сотрудничать с режиссером и художником-постановщиком. Но мы считаем, что не менее важно для него сразу найти общий язык с оператором-постановщиком

  • 10 сентября
  • 1680
Обзоры

Надо видеть: любимые фильмы Криса Коламбуса

Накануне 60-летия Криса Коламбуса нашли список фильмов, повлиявших на классика жанра семейного кино, автора «Один дома» и первых фильмов о Гарри Поттере: нестареющие картины, на которых стоит учиться комедии, актерскому мастерству и разрушению канонов

  • 9 сентября
  • 1534
Практика

Стабилизатор или ручная камера: когда использовать ту или иную технику съемки

Для каждого кадра есть своя техника съемки — от наездов камеры на тележке до «личных» кадров, снятых с рук. Оператор Зак Рамелан рассказывает, как понять, что из этого нужно именно вам

  • 7 сентября
  • 1483
Мы используем cookie-файлы, чтобы собирать статистику, которая помогает нам делать сайт лучше. Хорошо Подробнее