Профессия

Оператор: Светлана Макарова, Юлия Галочкина, Ксения Середа

Поздравляем читательниц с 8 марта, а представительницы прекрасного пола в одной из самых «мужских» кинопрофессий рассказывают о работе на площадке, предпочтениях в технике, сексизме и преимуществах над коллегами-мужчинами

  • 8 марта 2016
  • 6127
Павел Орлов

О выборе профессии и обучении


Светлана Макарова (оператор фильмов «Реконструкция — Страхов», «Linden Tar»)Светлана Макарова (оператор фильмов «Реконструкция — Страхов», «Linden Tar»): «Впервые с профессией оператора я столкнулась на Московском детском телевидении, где занималась в анимационном кружке. Я тогда училась в девятом классе. Помню, меня очень впечатлило, что кто-то в декорациях ставит свет и получается какой-то другой мир. Когда я спросила у ребят, что можно почитать об их профессии, они мне дали книгу Анатолия Головни. Разумеется, ничего из нее не поняла, как ни старалась. В итоге по первому образованию я — художник-мультипликатор. А на оператора училась во ВГИКе в мастерской Михаила Леонидовича Аграновича».

Юлия Галочкина (оператор фильмов «Настя», «Мама»)Юлия Галочкина (оператор фильмов «Настя», «Мама»): «Я совершенно случайно связалась с изображением. В Самаре в молодежной газете мне как-то дали Kodak, чтобы пофотографировать концерт. Я держала фотоаппарат буквально первый раз в жизни. Так что, когда меня редактор вызвал на ковер, думала, мне конец. А вместо этого он посоветовал серьезно заняться этим — увидел во мне талант. Через год-два у меня уже была персональная выставка в Самаре. Но дальше я поняла, что развиваться там некуда, и поехала в Москву. А тут решила попробовать пойти на операторский во ВГИК, хотя совершенно не понимала, что такое кино. Поступила с первого раза с большим проходным балом. Набирал как раз прекрасный Вадим Иванович Юсов. И это был первый набор, в котором было такое количество девочек — ровно половина. До этого никто себе такого не позволял из мастеров, но Юсов рискнул, и мне кажется, не ошибся, потому что все девушки с нашего курса сейчас активно снимают». 

​Ксения Середа (оператор фильмов «Без кожи», «Птичка»)Ксения Середа (оператор фильмов «Без кожи», «Птичка»): «На данный момент я учусь на чевертом курсе ВГИКа, мастерская Юрия Анатольевича Невского. Решение о поступлении на операторский факультет было достаточно спонтанным — интерес к кинематографу вспыхнул только в 11-м классе. Сначала, как очень многим, просто нравилось фотографировать, но очень быстро этого стало недостаточно. И дело даже не в том, что динамическое изображение интереснее статичного, а в том, что создание не отдельной фотографии, а целостного визуального решения кинокартины для меня стало намного увлекательнее — это абсолютно другой тип творческого мышления и видения». 
 

О работе оператора с режиссером


Светлана Макарова: «Думаю, оператору нужно уметь слушать режиссера. И его задача — максимально понять, о чем фильм. Часто у режиссера уже есть свое представление о том, каким должно быть его кино. Нужно просто слушать, а потом попытаться, опираясь на свои знания, создать нужную для передачи замысла фильма атмосферу». 

Светлана МакароваСветлана Макарова​

Ксения Середа: «В работе с режиссером главное, чтобы человек был хороший. На мой взгляд, очень важно, чтобы ваши зоны комфорта совпадали. Если нет, то уже на подготовительном периоде есть смысл расходиться и искать дальше, чем пребывать в стрессе всю оставшуюся дорогу. Режиссер и оператор слишком близкие люди, при этом вы можете не быть лучшими друзьями и не есть из одной тарелки, но должно быть понимание. Часто бывает такое, что на подготовительном периоде ты общаешься с прекрасным уравновешенным человеком, а на съемочной площадке из режиссера начинают выходить демоны. Это звучит достаточно грубо, но такое правда случается». 

Ксения СередаКсения Середа​

Юлия Галочкина: «В процессе подготовки, конечно, многое проясняется, но реальное понимание между режиссером и оператором возникает только на площадке. По опыту, бывают такие ситуации, когда ты абсолютно уверена, что говоришь с режиссером про белое, а потом выясняется, что речь шла вообще про квадратное. То есть вроде на одном языке общаетесь, а на площадке происходит что-то совершенно противоположное. Но режиссер всегда главный, и тут нужно либо уметь аргументировано, грамотно и безобидно объяснить свою позицию, либо пойти навстречу. Хотя и просто «нажимальщиком» на кнопки, думаю, быть никому не интересно. Сейчас все ускорилось — нет, как раньше, вечных творческих тандемов, нет времени на совместные поездки на дачи, чтобы посидеть-подумать несколько месяцев. Зато чем больше режиссеров, тем шире становится палитра возможностей и опыта у оператора. Потому я, например, люблю не только художественное кино, но и документальное».
 

О подборе операторской группы


Юлия Галочкина: «Всегда есть две составляющие: профессиональная и человеческая. Первая касается ремесла. Но если, например, ассистент по фокусу будет профессионалом от бога, но при этом говно-человек — работать я с ним не буду. На мой взгляд, оператор получает удовольствие от работы именно в процессе работы. Поэтому если ты снимаешь в коллективе, с которым не совпадаешь, — чаще всего это бывает в рекламе, — ты этого удовольствия лишаешься. У меня в таких случаях резко падает КПД. Зато, когда подбирается команда родных тебе людей, создается удивительная, непередаваемая и вдохновляющая атмосфера». 

Ксения Середа: «Я думаю, что мои критерии подбора группы не отличаются исключительностью. Ответственность, профессионализм, внимание к происходящему на площадке, вовлеченность в процесс. Конечно, есть частные случаи — подбор группы, так или иначе, зависит от проекта. На данный момент основной костяк моей группы собран и пока я довольна нашей совместной работой».
 

Почему операторов-женщин значительно меньше, чем мужчин?


Светлана Макарова: «Мне кажется, что в развитых странах сейчас девушек операторов все больше и больше. В России, что бы ни говорили, очень патриархальное и традиционное общество. Да, талант всегда пробьет себе дорогу, но объективно у нас женщине в этой профессии нужно быть гораздо талантливее своих коллег мужчин. Но тенденция постепенно меняется. Сейчас тот же ВГИК выпускает много девушек-операторов».

Светлана МакароваЮлия Галочкина​

Юлия Галочкина: «Есть определенный консерватизм у киносообщества. Я долгое время пыталась выяснить, чего же я не могу по сравнению с операторами-мужчинами. В итоге поняла, что могу все то же самое, причем порой может даже и лучше. А лучше могу потому, что для женщин в этой профессии есть такой момент — доказать, что ты можешь, что ты не хуже. Если другие могут не отважиться на что-то, то я полезу это делать 100%. Не то чтобы даже окружающим доказать, а самой себе. Это дает и дисциплинированность, и волю, не позволяет сидеть и думать: «Буду или не буду я этот кадр снимать», — да буду, конечно! Но в целом не вижу качеств, за счет которых мужчины были бы выигрышнее, чем женщины. Если у оператора есть профессионализм и интересный взгляд — этого достаточно. А юбка или штаны у этого оператора — без разницы».
 

Объективные ограничения для женщины в профессии оператора


Ксения Середа: «Все достаточно очевидно — работа оператора физически и эмоционально тяжелая. Но по своей сути никаких ограничений, как и в других цехах, нет. На мой взгляд, есть только один осложняющий фактор — это семья. Я не говорю о том, что это плохо, это как раз очень естественно, просто кино требует очень большой степени самоотдачи, и как женщине совмещать и то, и другое — это вопрос».

Юлия Галочкина: «Возможно, есть такой фактор — семейные дела, декреты. Но некоторые успевают и снимать, и быть мамой. Еще, наверное, чисто теоретически я, может, не пробегают с ронином столько, сколько мальчик пробегает. Но опять же, и мальчики-операторы редко снимают сами с ронином или стедикамом — обычно приглашают специальных людей, которые этим занимаются. В общем, физических ограничений я не вижу точно. Это раньше были большие тяжелые камеры, но сейчас-то камер вроде «Родины» весом 40 килограммов нет, техника стала гораздо легче. Да и потом, на крайний случай у оператора всегда есть ассистенты».
 

О сексизме в профессии


Светлана Макарова: «В России вообще есть такое явление как сексизм. Тут думаю спорить бессмысленно. Доводилось сталкиваться даже с тем, что тебе при встрече руку не пожимают. Но это не разговор про профессиональную среду. Это разговор скорее про конкретную страну и отдельных людей».

Юлия Галочкина: «С сексизмом за все время работы я столкнулась лишь однажды. Когда продюсер мне так и сказал, что не берет меня, потому что я девочка. Еще иногда могут посмотреть с удивлением, но не более. Так что в целом, кроме одного раза, проблем не встречала. Интересно, что в документальном кино даже наоборот иногда ищут именно девочек. Потому что некоторые темы этого требуют — ты же погружаешься в среду своего героя, и порой девушкам они больше доверяют. Например, мы однажды снимали «Анатомию любви» в женских колониях. Так там просто невозможно работать мужчине». 

Ксения Середа

Ксения Середа: «Наверное, сексизм есть, но на себе я его не особо ощущаю. Объективно не все режиссеры готовы работать с девушками-операторами, потому что, на первый взгляд, это влечет за собой ряд специфических последствий. Все-таки, никто не будет отрицать, что у женской психологии есть ряд отличий от мужской. Это не может не отражаться на профессиональной деятельности. Но в итоге никто из тех, кто решил снимать с девушками, не жалел об этом, насколько я знаю».
 

О предпочтениях в выборе камер


Светлана Макарова: «Если бы была возможность, я бы всегда снимала на камеры ARRI. Мне очень нравится то изображение, которое они дают. Это если говорить про кино. Для stop-motion я использую камеру Сanon 5D Mark III. Она дает очень хорошее изображение в фото. В DSLR сейчас, похоже, лучше всего Sony Alpha A7 II, но я еще очень мало с ней работала. В любом случае очень интересная камера, касаемо цены и качества изображения».

Ксения Середа: «Я обожаю снимать с рук, поэтому отдаю предпочтение камерам более легким и мобильным. Конечно, если есть такая возможность, стараюсь брать на «ручные» проекты ARRI Alexa Mini. С этой камерой мы познакомились недавно, но сочетание всех основных преимуществ привычной Alexa с компактными размерами, делает ее моим фаворитом как для динамичных, так и для более сдержанных историй».

Юлия ГалочкинаЮлия Галочкина​

Юлия Галочкина: «Я поклонница ARRI Alexa. Но вообще снимала на все, что только возможно. Вадим Иванович всегда учил нас ориентироваться в любых обстоятельствах. Мы ему говорили: «Хотим хорошую камеру!» А он отвечал: «Учитесь на том, что есть, и тогда на хорошем всегда сможете»». 
 

О предпочтениях в выборе оптики


Светлана Макарова: «Если говорить про кинооптику, то это ARRI Ultra Prime. Очень нравится одновременно резкое и пластичное изображение, которое она дает. Что касается DSLR, то больше всего люблю фотообъективы Carl Zeiss».

Ксения СередаКсения Середа​

Ксения Середа: «В оптике у меня нет конкретных предпочтений, здесь все зависит от проекта, бюджетов, системы камера-оптика и характера изображения, которое мы хотим получить на выходе. Чаще я хочу изображения помягче, поэтому стандартная линейка из пяти объективов Ultra Prime на проект может удовлетворить большинство потребностей».

Юлия Галочкина: «По оптике мне нравится Master Prime. На Cooke 5/i всё хочу поснимать, но это дорого — никто из продакшнов не может себе сейчас такое позволить. Но, опять же, оптика — это важно, но не самое главное. Раньше это имело большее значение, потому что были жесткие производственные рамки. А сейчас качество и железа, и оптики почти что идентично, разница лишь в нюансах, вроде эргономики. Но в основном нюансы совершенно субъективные. Самое главное — чтобы все работало, а к нюансам, если надо, всегда можно приноровиться». 
 

О самом сложном в профессии оператора


Светлана Макарова: «Самое сложное — это ответственность, понимание, что от моей работы зависит общий результат, и что это труд не только режиссера, но и всей команды».

Ксения СередаКсения Середа

Ксения Середа: «Для меня, самое сложное с точки зрения творчества — умение держать целостность кинокартины, умение видеть в целом. В стремлении сделать каждый кадр «красивым», можно разрушить сначала эпизод, а затем и все полотно. Поэтому надо уметь продумывать и реализовывать эпизоды так, чтобы они складывались в единое целое, чтобы операторская работа была органичной, не задавливала драматургию, существовала с ней в едином пространстве. Для этого как раз и нужно понимать режиссерский замысел, придумывать себе правила «изобразительной» игры, которые можно пронести через весь фильм».

Юлия Галочкина: «Сейчас самая большая сложность — найти продюсера, который готов дать денег и делать хороший проект. Технических сложностей, по сути, нет — любой кадр, который придумаешь, можно реализовать. Но вот деньги на это есть не всегда. У нас вроде бы сейчас Год кино, но я постоянно общаюсь со всеми однокурсниками, и они жалуются только на одно — нет съемок». 
 

О главных творческих достижениях на данный момент


Светлана Макарова: «Все мое время посвящено кукольному stop-motion проекту «Linden Tar». Чтобы его сделать, ушло больше года работы. Полгода подготовка для краудфандинг платформы Kickstarter. Потом еще полгода ежедневных съемок с одним выходным в неделю. Очень хочется, чтобы результат был принят и понят зрителями и профессиональным сообществом».

Кадр из мультфильма «Linden Tar»Кадр из мультфильма «Linden Tar»​

Юлия Галочкина: «У меня много дорогих сердцу вещей и игровых, и документальных. Но выделить что-то одно тяжело. Немного пококетничаю и скажу, что свой главный проект я еще не сняла и надеюсь, что он впереди. Может быть, в моем случае дело в том, что мне важнее всего съемочный процесс и впечатления после него». 

Ксения Середа: «Не могу назвать что-то главное, потому что каждый проект для меня безумно особенный и очень ценный. Вообще, «главное» звучит как какой-то предел, а я очень хочу снимать и развиваться дальше. Благо есть прекрасные люди, с которыми мы можем это делать вместе».
 

Как оператору найти интересный проект?


Юлия Галочкина: «Оператор, вне зависимости от того, мальчик он или девочка, — это отчасти невеста на выданье. Сидишь ждешь проект, звонят, идешь общаешься. Ни к одному режиссеру я не обращалась сама — всегда ко мне обращаются. Поэтому обычно смотрю сценарий, смотрю на режиссера и от этого отталкиваюсь. Но я не могу сказать, что именно служит тем критерием, по которому я понимаю: «Да, этот проект надо брать». Это интуитивная вещь, связанная с опытом, с интересностью работы для тебя самого. Если любишь арт, вряд ли пойдешь на «Ёлки». Хотя бывает и наоборот — идет один арт-арт, арт-арт, и думаешь: «А давайте какую-нибудь ерунду уже снимем». 

На съемках фильма «Мама». Оператор-постановщик Юлия Галочкина, актер Валерий Баринов и режиссер Кирилл Плетнёв  / Фото: Виктор ВытольскийНа съемках фильма «Мама». Оператор-постановщик Юлия Галочкина, актер Валерий Баринов и режиссер Кирилл Плетнёв  / Фото: Виктор Вытольский​

Светлана Макарова: «Мне кажется, в профессии оператора есть много вариантов специализации. Можно снимать очень разные проекты. Игровые, документальные, анимационные. И в каждой специализации есть свои нюансы. Так что это совершенно не скучная профессия. Обычно сначала возникает желание снять что-то в каком-то жанре, а потом уже начинаешь искать проект. Когда ищешь, рано или поздно находишь, ну или понимаешь, что ищешь не там».

 


Комментарии

Напишите комментарий первым!

Смотрите также

Популярное
Слова

«В драматургии мотивация “потому что он ее любит” недостаточна»

В чем заключается провинциализм российского кино, как не превратить современную историю в «упоротого лиса» и почему в творческом ступоре нужно обращаться в Мосэнергосбыт — к выходу молодежной драмы «Кислота» пообщались со сценаристом картины и драматургом «Гоголь-центра» Валерием Печейкиным

  • 8 октября
  • 2303
Практика

Как это снято: «Гравитация»

Пять лет назад Альфонсо Куарон отправил Сандру Буллок бороздить просторы вселенной. Причем сделал это с помощью революционных технологий и нестандартного алгоритма производства. Что для этого понадобилось: постпродакшн до препродакшна, эффект невесомости в кубе и роботизированная длиннокадровая съемка

  • 9 октября
  • 1596
Обзоры

Надо видеть: любимые фильмы Спайка Ли

К выходу «Черного клановца» (говорят, одного из главных фильмов года), обращаемся к списку must see картин по мнению ветерана независимого кино Спайка Ли: крепкая американская классика, «новый Голливуд», европейская запрещенка и, конечно же, «черное» инди

  • 7 октября
  • 1306
Практика

Как визуально показать мысли на экране

Каким образом в кино выражают поток сознания, что такое семиотические маркеры и как понять, что на экране сон, а не реальность

  • 11 октября
  • 1287
Практика

10 советов Дэмьена Шазелла начинающим кинематографистам

Дэмьен Шазелл «выстрелил» дебютной «Одержимостью», затем с рекордом штурмовал «Оскар» «Ла-Ла Лендом», а теперь выпускает третью многообещающую картину «Человек на Луне». У самого яркого молодого режиссера Голливуда явно есть чему поучиться

  • 10 октября
  • 1199
Практика

Мартин Скорсезе: «Кино нельзя называть контентом»

Фестиваль классического кино телеканала TCM опубликовал видео, в котором Мартин Скорсезе получает первую в истории награду имени Роберта Осборна и рассказывает о главных опасностях, которые поджидают кино сегодня

  • 9 октября
  • 1164
Мы используем cookie-файлы, чтобы собирать статистику, которая помогает нам делать сайт лучше. Хорошо Подробнее