Слова

​«Фильм “Ной” – не о конце света, он о его начале»

Рассел Кроу рассказал tvkinoradio.ru о своём новом фильме, о работе с Дарреном Аронофски и о том, каково находиться под дождём треть съёмочного периода

  • 25 марта 2014
  • 378
Родион Чемонин

27 марта на экраны выходит новый фильм Даррена Аронофски «Ной» - вне зависимости от отношения к таланту режиссёра это по факту мировое событие. Несмотря на то что «Ной» в телевизионных трейлерах кажется очередным масштабным блокбастером на тему конца света с суперзвездами в титрах, автор «Реквиема по мечте» и «Чёрного лебедя» опять обманул всех. Взяв за основу знакомую всем и каждому мифическую историю (про которую, строго говоря, ничего никому не известно, кроме как «каждой твари по паре»),  Аронофски создал гигантскую драматичную притчу внутри ещё большей притчи. При этом «Ноя» нельзя сопоставить ни с каким другим прежним фильмом режиссёра, Аронофски умудряется снимать каждую новую картину так, что её трудно сравнить с другими лентами режиссёра.


Фото: Елена Горбачёва

«Ной» начинается, как стандартный исторический фикшн с банальными диалогами и компьютерными монстрами, что поначалу может напрочь дезориентировать поклонников режиссёра, развивается, как приключенческий боевик. Зато на пике повествования Аронофски возвращает доверие к себе, вмещая в «Ное» всё наше знание о Вселенной и неожиданно превращает сюжет в эпохальную трагедию шекспировского масштаба. Да так, что не оторваться. И что с этим делать – непонятно. Разве что пошутить насчёт приверженности автора к производственным драмам: «Рестлер» был про бойцов, «Чёрный лебедь» - про артистов балета, «Ной» - про мастеров плотницких дел.
 
Шутки шутками, а накануне премьеры в Москву прибыл исполнитель главной роли – оскароносный актёр Рассел Кроу. В свой первый приезд в Россию Кроу встретился с журналистами, чтобы рассказать о своей новой работе, и в том числе ответить на вопросы tvkinoradio.ru.
 
- Как вы думаете, почему в последнее время так много снимается фильмов по библейским мифам и картин об апокалипсисе?
- Я не знаю ответа на этот вопрос. Но если вы посмотрите на историю кино, вы поймёте, что режиссёрам и продюсерам нравится снимать фильмы на те темы, которые до них уже были сняты, особенно, если это было успешное кино, чтобы сделать ещё более лучший фильм. Есть такая тенденция, знаете, как только появляется одно хорошее кино, как тут же появляется куча похожих фильмов или сиквелов.
 
- Я не хочу говорить об апокалипсисе: у меня всё-таки двое детей. Но мы постоянно задумываемся о том, что всех нас ждёт впереди, и задумываемся о конце света. Но, насколько я понимаю, «Ной» - не о конце света, а, наоборот, о начале света.
 
- Как вам работалось с Дарреном Аронофски? Говорят, что с ним трудно на съёмках…
- Даррен – один из тех, кто никогда не прекращает быть режиссёром. И это прекрасно. Хотя с другой стороны, это создаёт сложности, потому что когда останавливается камера, он не выходит из профессии. С ним трудно говорить вне съёмочной площадки. Но мне понравилось с ним работать. Дело в том, что когда ты работаешь над таким большим проектом, нужно чётко понимать, что ты хочешь видеть в итоге, потому что режиссёр – это тот человек, который несёт на себе ответственность за конечный результат. И Даррен понимает это, как никто другой.


Фото: Елена Горбачёва

Мне очень нравится Даррен Аронофски. Мне кажется, что у него очень оригинальный подход к кинематографу. Мне очень понравился «Чёрный лебедь», он меня просто потряс. Мы лет 10-15 ходили вокруг да около, приглядывались друг к другу, смотрели на наши работы, встречались на кинофестивалях. Он работал уже с Дженнифер (Коннелли, исполнительница роли жены Ноя) на «Реквиеме по мечте», потом она пришла сниматься со мной на «Играх разума». Как-то он позвонил мне, сказал, что хотел бы увидеться со мной. Я ему сказал: «Я занят, у меня мало свободного времени» - и попросил его вкратце обрисовать проект. Но он отказался обсуждать это по телефону и попросил о личной встрече. Потом мы увиделись, и он мне сказал: «Пожалуйста, не комментируй ничего, но проект называется «Ной», и я тебе обещаю две вещи. Первая: ты не будешь носить сандалии. Вторая: ты не будешь стоять на Ковчеге, плывущем в бескрайнем океане, в окружении слонов и жирафов». Он мне показал некоторые наброски - а он очень хорошо подготовился – и я сразу согласился, потому что мне действительно захотелось участвовать в этом проекте, мне хотелось участвовать в его видении этой истории. Ведь миссия Ноя – не только в том, чтобы присматривать за животными. Мне было интересно влезть в этот сюжет с апокалипсической точки зрения.
 
И тут ещё нужно понимать, что когда ты работаешь с таким режиссёром, как Аронофски, то сколько бы ты ни читал, что бы ты ни придумал про своего персонажа, Даррен всё уже за тебя сделал и решил. Учитывая, что «Ной» - очень во многом вымышленная история, то Даррен проявил титаническую работу, готовясь к съёмкам. Например, он придумал, как люди жили в то время. Очень скрупулёзно, до каждой нитки на одежде. Но при этом он не концентрировался на таких вещах, как, например, чистил ли Ной свой ковчег от животных. Он очень чётко представлял себе, что хочет от своего фильма. Так что все наши обсуждения касались таких философских  вопросов, как путешествие персонажа внутри себя.


Фото: Елена Горбачёва

- Много дождя было на съёмках?
- Вы знаете, у нас на площадке было столько дождевых установок, что мы могли затопить восемь футбольных полей за десять секунд. Было очень холодно, очень сыро и мокро. Несмотря на то что мы снимали летом. 36 дождливых смен – это, знаете, очень много. Немножко меньше, чем в Библии, но треть дней съёмок мы стояли под холодным дождём. Без зонтиков, разумеется. Бывали дни, когда я смотрел на эти машины, которые давали дождь, на то, как они начинали работать, расходились медленно круги воды, - и я наслаждался этой красотой. Но в то же время я понимал, что красиво может быть сколько угодно, но через несколько минут мне нужно будет входить в «холодный душ».
 
- Вы играли очень сложные эмоции. Трудно ли было работать в кадре?
- Мой персонаж проходит большое путешествие. Не только в ковчеге, но и как человек. Это очень тяжёлое задание, которое стоит перед ним. И конечно ожидаемо, что эта миссия потребует от него того, что он выложится на полную. Именно поэтому я принялся за эту работу. Готовясь к роли, я столько всего прочитал!... Я удивился, узнав, что в каждой серьёзной религии есть сюжет о Великом Потопе. Для меня это не религиозная тематика, это история, знакомая каждому.


Фото: Елена Горбачёва

- Многие ещё не посмотрели фильм, но уже в религиозных кругах осуждают его.
- Да, верно. Это просто поразительно, насколько люди могут составлять своё мнение, ещё не посмотрев фильм. Это является главным вызовом этому фильму. Всё зависит от того, какую Библию вы читали, в какой трактовке, с какими деталями. Поверьте, Даррен исследовал все эти версии, изучил каждую из них. Но несмотря на это, он смог составить одну единую историю. Да, ему пришлось восполнять что-то благодаря своему воображению, но он с уважением отнёсся к оригиналу, и я надеюсь, что то, что получилось, понравится верующим людям.
 
- Вы сейчас снимаете кино как режиссёр. Что труднее: актёрская или режиссёрская профессия?
- Да, мы как раз сейчас закончили съёмочный процесс фильма «The Water Diviner». Потрясающий опыт, великолепная команда, гениальные актёры. У меня есть ощущение, что это будет очень красивый фильм. Я там не только режиссёр, но и актёр, и я вам вот что скажу: это легче, чем быть просто актёром. Я люблю стоять у руля. Я 30 лет назад сыграл свою первую роль, у меня уже в ДНК эта профессия, меня уже ничем не удивишь, но, став режиссёром, я почувствовал свежий ветер. Я понял, что нельзя никогда останавливаться, нельзя думать: всё, это конец. Теперь я пойду в монтажную и поправлю то, что мы испортили на съёмках.


Комментарии

Напишите комментарий первым!


Необходимо исправить следующие ошибки:


    Смотрите также

    Популярное
    Практика

    5 незаменимых человек на съемках микробюджетного проекта

    Насколько большой должна быть команда и какие члены команды самые незаменимые на съемочной площадке — это, пожалуй, самые частые вопросы, которые задают люди, занимающиеся финансированием фильмов с предельно низким бюджетом

    • 21 июля
    • 2940
    Техника

    Как две компании меняют будущее визуальных эффектов

    Хромакей и ротоскоп в скором времени отправятся на свалку истории, но в чем подвох?

    • 18 июля
    • 2651
    Практика

    Как это снято: «Робокоп»

    Отмечаем тридцатилетие «Робокопа» Пола Верховена и разбираемся, как режиссеру, который не любит кинофантастику, удалось создать один из ярчайших образцов жанра. Сатира, натурализм, библейские темы и хитроумные спецэффекты – в фильме голландца и в нашем обзоре

    • 17 июля
    • 2567
    Обзоры

    10 великих неснятых фильмов

    Часто любопытнейшие кинопроекты в силу тех или иных причин не доходят до экрана. Вспоминаем несостоявшиеся картины, которые могли бы изменить историю кино: «Наполеон» Кубрика, советский фильм Антониони, «Мастер и Маргарита» Климова и многое другое

    • 15 июля
    • 1608
    Практика

    Как Пол Маклис монтировал «Малыша на драйве» прямо на площадке

    Монтажная тележка, работа на обочине дороги и поездки на съемочном трейлере: что ждать монтажеру, который вынужден присутствовать на съемках каждый день

    • 13 июля
    • 1329
    Слова

    «Российская киноиндустрия находится на стадии стартапа»

    Криминальная комедия «Блокбастер» еще до выхода в прокат успела наделать шуму. Поговорили с продюсером фильма Ильей Стюартом о разнице взглядов продюсера и режиссера, поиске новых авторов, влиянии рекламного производства и феминистском кино

    • 13 июля
    • 893