Практика

Сценарий как искусство задавать вопросы

Сценарист Николай Куликов о том, как придумывать шутки, почему так важно читать голливудские сценарии успешных фильмов и о чем говорить с продюсером при первой встрече

  • 8 сентября 2015
  • 10413
Евгений Белов

Николай Куликов, сценарист


Про первый опыт

 
Когда я начинал заниматься кино, то считал, что лучшие фильмы – это Кесьлевский, Иоселиани, Луи Малль и т.п. Стандартный набор восторженного юноши. Но сейчас я понимаю, что маркетировать такое кино сложно, а заработать на нём – невозможно.
 
Мои новые герои это «Big Hero 6», «Kingsman», «Bridesmaids» и т.п. – яркое, смешное, борзое, развлекательное, с простыми и мощными подспудными смыслами. Пересматриваю, перечитываю и ищу всё, что о них говорят авторы. Такое кино я хочу писать.
 
Фильм по моему первому сценарию – «Обстоятельства» – собрал всего 22 тысячи долларов и даже не отбил сценарий. Очень обидно, концепт-то у него хороший: «Он убил свою жену, и это спасло их брак», – сразу ведь интересно узнать, что происходит. Но я был неопытным автором, для продюсеров это тоже был дебют, режиссер Павел Руминов (это была его идея) тогда начал переселяться на свою планету, название поменялось с «Моя жена зомби» на «Обстоятельства», и как-то всё рассыпалось.
 
Кадр из фильма "Обстоятельства"
Кадр из фильма «Обстоятельства»

Потом мы с режиссером Алексеем Андриановым переписывали под него сценарий «Шпиона». И если я могу вам что-то посоветовать, то это: не пытайтесь экранизировать Акунина – во всяком случае, пока не проработаете в бизнесе лет 20. У Акунина блестящая проза, стилизация, интересные персонажи, но как только вы подходите к ним с точки зрения драматургических инструментов, то сразу проваливаетесь в какую-то бездну. Хотя недавно на его книги купили права британцы – очень любопытно посмотреть, насколько крепко у них получится.
 
На протяжении 10 лет у меня не было ни одного контракта на историю, которую придумал я сам. «Легенду №17», «Горько!», «Экипаж» я писал с соавторами по заказу продюсеров. «Движение вверх», который снимает Антон Мегердичев, писал уже один, но тоже по заказу. Это история о том, как советская сборная по баскетболу в 1972 году побеждает американцев. На этом знаковые спортивные победы в нашей истории заканчиваются, и, видимо, заканчивается моя карьера как спортивного драматурга.
 
Кадр из фильма Горько!
Кадр из фильма «Горько!»

До этого года у меня в голове почему-то не появлялось хороших идей для фильма. Хороших – значит, с интересным «high concept», на который зрители могут прийти в первый же уикенд. Только сейчас у меня в мозгу начали выстраиваться нужные нейронные связи, и что-то такое рождается. Так что если вы хотите писать сценарии, то настройтесь на то, что это процесс, который займет годы. Большую часть времени вы будете проводить, сидя за столом по 6-8 часов в день, поэтому нужно обязательно много двигаться и правильно питаться. И купите кресло, из которого телу не захочется вылезать.
 


Про главную задача сценариста

 
В книге «How to write movies for Fun And Profit» говорится, что главная задача сценариста – помочь продюсеру остаться в своем кресле, потому что тот ответственен перед учредителями и инвесторами, и ему нужно найти историю, которая привлечет зрителей и позволит сделать следующий проект. На мой вкус, это прекрасная рабочая структура, которая действует по принципу «Товар-Деньги-Товарищи». Тут много неопределенностей, рисков, поэтому самая комфортная система для меня как драматурга – это максимально железные правила, максимально железная структура и максимально голливудские требования, предъявляемые к истории. Чтобы вас купили и заплатили больше, вам нужно писать то, что приносит деньги. К счастью для многих, в России это не обязательно: несмотря на то, что ты сделал паршивый фильм, тебе все равно дадут деньги на следующий. Потому что законов здесь в индустрии нет, кадров не хватает, и даже очень плохой сценарист может найти работу хотя бы на телике.
 


Про голливудские сценарии

 
Продукт, который вы продаете – это не фильм, а то, как расположены слова на странице. Они должны быть читабельными, мощными, их должно быть мало, за ними должны вставать картинки. Каждую страницу должно хотеться перевернуть. Кому-то в это сложно поверить, но чтение американских сценариев успешных фильмов каким-то способом форматирует вас и настраивает писать именно так, как пишут крутаны. Если ты кому-то подражаешь, передразниваешь его, копируешь, то ты учишься. Поэтому очень важно знать английский язык. Все современные герои в киноиндустрии говорят, пишут и обсуждают кино на английском – если я не знаю языка, то просто вырезаю себя из этой коммуникации.
 
 

Про систему Блейка Снайдера

 
Блейк Снайдер написал книгу «Save the Cat!», где дается схема, по которой работает современное голливудское кино. Однако есть еще две другие книги, которые нужно прочитать, чтобы целиком понять его систему: «Save the Cat! Goes to the Movies», где он разбирает актуальные фильмы по своей схеме, и «Save the Cat! Strikes Back». На мой вкус, третья – самая мощная книга Снайдера, она написана уже мудрым человеком, незадолго до смерти. Во-первых, в ней он показывает, как нужно переписывать сценарии, потому что написать первый драфт не так сложно, но только самоубийцы и студенты снимают фильмы по первому драфту. А во-вторых, наконец-то подробно разбирает, из чего состоит третий акт. В первой книге он это называл просто – finale, – но как этим оперировать, было неясно.
 
«Save the Cat!»

Третья книга нужным образом замедляет вас, приучает бежать длинную дистанцию. Когда я говорю, что пишу долго и мне нужен год на сценарий – это не значит, что я буду писать каждый день. Просто за год ты успеваешь отвыкнуть от идей, которые тебе очень нравились, понимаешь, что они не работают, можно выдумать новые. У тебя появляется время и настроение «убить своих любимых». «Big Hero 6» писали пять лет. Не дураки были.
 


Про технологию написания шуток

 

Научиться писать шутки можно, нужно только потратить несколько лет. Я посоветовал бы определенную литературу: «The Comic Toolbox» (это моя библия) и «Step by Step to Stand-Up Comedy». Когда я только начинал заниматься стендапом, мне было страшно даже представить, что я могу сказать что-то, а люди не будут смеяться там, где я хочу. В книге «The Comic Toolbox» я встретил принцип, который меня освободил – «правило девяти». Его просто освоить: попробуйте написать на листке 10 смешных названий футбольных команд. Сделайте паузу, а потом снова перечитайте этот список. Скорее всего, девять из них – тотальная шняга, но одно будет работать. Чтобы найти одну шутку, нужно слить девять других. У вас всегда есть идеи, вы просто должны их выписывать и вычеркивать неработающие, это часть профессии. Если зрители не смеются сейчас, это нужно для того, чтобы они смеялись потом.



Николай Куликов, мастер-класс в рамках первого в Москве курса по DIY кинематографии 

Еще одна важная книжка, которая меня окрылила, называется «Talent Is Overrated». В ней говорится о том, что нет никакого таланта, это штука, которую нельзя измерить и как-то ухватить разумом. Всё, что вам нужно для творческой реализации – 10 тысяч часов осознанной практики. Если столько времени осознанно работаешь над своим ремеслом, то становишься профессионалом, которого почему-то называют талантливым.
 


Про 10-минутные фильмы

 
В этом году я вошел в жюри трех кинофестивалей и поучаствовал в четвертом. Познакомился с отборщиками, послушал их резоны, и понял, что чем короче ваше кино, тем лучше для вас. Смотреть студенческие фильмы тяжело, поэтому члены жюри и отборщики просто на физиологическом уровне благодарны авторам, которые делают фильмы в пределах 10 минут. Отборщик крупного фестиваля получает сотни фильмов, которые он смотрит на ноутбуке на перемотке. Короткий фильм проще переварить, легче войти в него и выйти. А члены жюри не успеют заснуть на 10-минутном фильме и будут благодарны вам за пережитую историю. Если вы сняли «короткометражку» длиною 40 минут, то у вас есть фильм, который даже в ютюбе посмотрят только ваши родственники.
 
 

Про драматизацию

 
В сценарии для меня самое главное правдоподобие, а не реалистичность. Очень важная операция при написании сценария – это драматизация событий. В «Легенде №17» многие события мы не столько придумали, сколько драматизировали. Так, например, настоящий Тарасов реально отправил настоящего Харламова в Чебаркуль «пооббиться». Но в той ситуации не было никакого противопоставления ценностей, конфликта, преодоления и даже характера.
 
Кадр из фильма "Легенда №17"
Кадр из фильма «Легенда №17»

Поэтому мы с Местецким делаем так, что заносчивый юнец Харламов заявляет Тарасову, что он лучший хоккеист в команде и унижает других игроков – мол, играть не с кем. Тарасов его мудро заманивает в пропасть раздухарившегося эго: мол, золотые твои слова, в Японию надо ехать, а играть некому. И Харламов, ослепленный своим самомнением, в эту ловушку падает. Он приходит в аэропорт, встречает сборную, говорит им, что он с ними в Японию, те над ним смеются, и у него конфликт с командой. И дальше резкое падение вниз, в Чебаркуль – туда его и отправляет на самом деле проницательный тренер. Разумеется, Харламов заявляет, что не поедет. Но когда герой в кино говорит, что он чего-то не будет делать, то дальше вы именно это ему и даете.
 
В таком виде той ситуации, конечно, не было. Но по факту: Харламов – есть, в Чебаркуль – поехал. И так нужно подходить к каждой сцене.
 
Сейчас я вижу кое-какие недостатки в «Легенде №17» с точки зрения драматургии. Например, у Харламова отсутствует важная вещь, которую Митта называет «альтернативный фактор». Что будет с Харламовым, если он не будет играть в хоккей? Ничего! Это не очень хорошо. Но почему-то в фильме это незаметно – к счастью для нас с Местецким и наших «Золотых орлов».
 


Про кражу сценариев

 
В эту фигню я не верю. Чтобы у вас что-нибудь украли, надо связаться с совсем уж отпетой гопотой. Если у вас есть талантливые идеи, то любой продюсер, понимает, что ему проще вас купить целиком, чем иметь какие-то разбирательства в арбитражном суде.

Мы как-то с Лешей Казаковым написали сценарий фильма «Чего хотят девственницы?», а когда законодательство изменилось, он стал называться «Сожги свою школу». Разумеется, такой фильм никогда не будет снят в России при существующем культурном фоне. Это была забавная комедия о том, как бедный и талантливый математик был вынужден преподавать в женской гимназии, а избалованные девочки-гимназистки заключили пари – кто первая его соблазнит. Нам казалось, что это обалденный социальный комментарий по поводу того, что происходит в России. Казаков распечатал сценарий и отправил его заказным письмом нам обоим. В этом есть некий шизофренический акт, но и своя правда: если вдруг начнутся «качели», мы покажем штемпель на письме. Так многие делают.
 

Николай Куликов, Stand-up

Этот фильм, кстати, мы так и не продали, но благодаря ему получили работу над «Горько!». Автор книги «My story can beat up your story» советует начинающим сценаристам не пытаться уловить тренды текущего рынка, а написать что-то безумное от души – фильм, который может быть реализован только в вашей идеальной вселенной. Скорее всего продать его у вас не выйдет, но такой сценарий продемонстрирует ваши лучшие стороны и позволит подписаться на работу уже за деньги. У нас именно так и получилось.
 
 

Про продюсеров

 
Если у вас есть страсть к кинематографу, вы обязательно встретите продюсера, которому сможете что-то предложить. Все хотят жить осмысленной жизнью и постоянно гореть чем-то. Зажигайте продюсеров своим огнем. Например, продюсер вам говорит: «Вот есть у меня идея авантюрного фильма в Казани, даже не знаю…», а вы ему сразу: «Братан, я живу этим! Казань? Хоть сейчас!» При этом сами думаете: «Черт, я даже не знаю, где это». Если вам зададут каверзный вопрос, отвечайте: «Сейчас у меня нет ответа на этот вопрос. У меня есть идеи с ближней полки, но я не буду их говорить, потому что вам нужно только самое лучшее! Все самые лучшие идеи завтра! Завтра, на этом месте, вот прямо у этой шаурмочной!»
 


Про работу сценариста во время съемок

 
Есть такое выражение в английском «A woman's work is never done» (женский труд никогда не заканчивается – прим. ред.). Мне кажется, что это относится и к работе сценариста: всегда нужно что-то почистить, переписать реплику, придумать войсовер на озвучании и т.п. Уильям Голдман в мемуарах «Adventures in the Screen Trade» приводит слова, приписываемые одному известному продюсеру: «Самые важные люди в Голливуде – это сценаристы, и мы должны потратить максимум усилий на то, чтобы они никогда об этом не узнали». То есть без наших с вами фантазий все зачахнет.
 

Николай Куликов

Он писал также о том, что режиссеры самые одинокие люди в этом бизнесе, потому что с них всегда спрашивают за все косяки. И он советовал максимально поддерживать их до конца. Я с ним согласен, у режиссера нет других союзников, кроме сценариста. Раньше я не понимал важности этого и хотел поскорее срулить с процесса, но сейчас работаю над сценарием, пока картина не выйдет, и если нужно что-то переписать, то носом не верчу – лишь бы фильм получился.
 


Про смысл жизни

 
Я пишу, потому что не могу не сочинять. С детства я люблю мечтать и фантазировать, а реакцию аудитории на продукт моего воображения воспринимаю как любовь к себе. Это, конечно, не самая здоровая вещь, тут есть недостаток моего воспитания, комплексов и эго. Но я перестал этого стесняться и обратил в способ заработка. Когда я начал заниматься стендапом, то, по сути, рассказывал, как у меня не складывались отношения с родителями, с социумом и т.д. И люди приходили послушать, посмеяться и заплатить за это деньги, им было почему-то важно прикоснуться к моим галлюцинациям. После хорошего концерта я чувствую, что живу не зря, и это ощущение ненапрасной жизни делает меня счастливым.
 
То же и с кино. Я мечтаю сочинить 5-10 успешных и интересных фильмов до того, как мне стукнет 70, и я куплю себе шапочку с пропеллером. Я хочу вложиться в корпус фильмов, которые создадут традицию русскоязычного кино, выполненного структурно и мастерски, как американское.
 

Николай Куликов

Конечно, каждый раз мне хочется быстренько написать сценарий, поскорее отдать его продюсеру и получить деньги, но я понимаю, что если опираюсь на свои принципы (заимствованные у американцев), то это случится не так шустро. Кино меня уже научило: герой получает желаемое, только преодолев какое-то препятствие, а главное – препятствие в себе. Так должно быть в сценарии, так выходит и в жизни.
 
И когда я честно себе задаю вопрос, случилось ли это в сцене, и честно отвечаю себе «нет», то дальше могу выполнять свое предназначение и быть счастливым, осознавая, что работаю над этой проблемой. Мне нравится постоянно задавать вопросы сценарию и себе, потому что вопрос – это жест власти и контроля. Задавая вопросы, вы ставите себя в позицию человека, контролирующего ситуацию. Хаоса становится меньше (на самом деле нет).
 
Мастер-класс Николая Куликова прошёл в рамках первой в Москве Школы DIY-кинематографии (от англ. Do It Yourself — «сделай это сам») MovieBand.

 


Комментарии

Напишите комментарий первым!


Необходимо исправить следующие ошибки:


    Смотрите также