Слова

Как сценаристу погрузиться в историю?

Утренние пробежки через Дунай, проживание в конном полку милиции, чтение мемуаров и научных исследований и другие способы погружения в историю от известных российских сценаристов

  • 22 ноября 2018
  • 2050
Петр Скопин

Александр
Талал

Фильмы «Дневной дозор», «Черная молния», сериал «Ледников»
Андрей
Золотарев

Фильмы «Ледокол», «Притяжение» и «Напарник»
Тихон
Корнев

«Гоголь. Начало» и «Экипаж»
Алексей
Сашин

Фильмы «Волшебник», «Сон слепого человека», сериал «Желтый дракон»
Алексей
Алешковский

Сериалы «Поговори со мною о любви» и «Товарищи полицейские»

Конечно, сценаристу хорошо бы разбираться в предмете, о котором идет речь. Это очевидно, об этом всегда говорили и будут говорить. Я хочу, наоборот, отметить, что тут важно не перестараться. Во-первых, потому что нет предела прекрасному, и так можно посвятить всю свою жизнь одному проекту. Как персонаж Жозефа Грана в «Чуме» Альбера Камю, который каждый день пытался довести до совершенства одну-единственную строчку — первую — своего будущего романа. У автора нет и не может быть задачи изучить физику как Митио Каку, или медицину и рутину медработника как главврач в районной поликлинике.

Во-вторых, кино — это условность, и если бы все было достоверно, не существовало бы ни «Армагеддона», ни «Гравитации», ни «Интерстеллара». Не было бы даже «Форреста Гампа» и «Декстера». Вообще большинство фантастов терпят крах в попытках представить себе мир будущего (забавно читать писателей из 1960-х, у которых в двадцать пятом веке люди по-прежнему слушают пластинки), но они от этого не становятся плохими авторами. Потому что у творчества нет задачи соответствовать реальности, но есть задача сконструировать такую ситуацию, в которой человечество увидит отражение себя (отражение своей природы, а не копию физиономии).

Фото: Dmitry Ratushny
Фото: Dmitry Ratushny

Плевать, что там не так с метеоритом в понимании НАСА, если история о том, как герой прошел путь и принес себя в жертву, и ее кульминация вызывает слезы и мурашки по коже. Главная правда кино — правда характеров, трансформаций персонажей, их поведения, мотиваций. Остальное — на втором плане. Но хорошо, если допущения делаются автором осознанно, с пониманием, как должно быть и ради чего он или она отказывается от этого.

В-третьих, достоверность, по большому счету и на мой личный вкус, довольно скучна. Потому что та самая «правда» характеров — это недостаточно. Помимо правды, автор стремится к эмоции и вовлечению, к тому, чтобы кино было интересно смотреть. Тогда это — правда персонажа в ярких, нестандартных обстоятельствах. Редкие обстоятельства (будь то астероид, летящий на Землю, или способность преодолевать сложнейшие внутренние тупики) всегда предполагают художественную условность. Это — то, для чего художественная условность вообще нужна.

Все перечисленное, конечно, очень зависит от проекта, и очевидно, что авторы «Кремниевой долины» должны разбираться в сфере IT лучше, чем сценаристы фильмов «Вам письмо» или «Убрать из друзей». Но в принципе, для меня метод исследования примерно такой: базовое ознакомление с предметом, а затем, по возможности, консультации на разных этапах создания текста, от синопсиса до сценария (то есть предметный разговор: цель автора — не раздобыть целиком айсберг, верхушку которого вы покажете в сценарии; цель автора — раздобыть верхушку айсберга). В процессе консультаций задача, с одной стороны, понять, где есть откровенные ошибки в фактах или тональности, и решить, что с ними делать, а с другой — через решение конкретных задач в конкретных местах уже более-менее оформленного сюжета попытаться найти интересные откровения о сфере, являющейся предметом фильма.

Кадр из фильма «Аритмия» (2017) / Фото: кинокомпания СТВ
Кадр из фильма «Аритмия» (2017) / Фото: кинокомпания СТВ 

Например, когда в «Аритмии» начальник героя сокращает санитарам «скорой помощи» выделенное время на визит до 20 минут — это простая и незамысловатая, но при этом очень точная и конкретная деталь. Она раскрывает конфликт между благополучием людей и красиво выглядящей отчетностью, рассказывает нам о вещах в жизни медика, о которых мы и не задумывались. Или когда в «Интерстелларе» нам объясняют, почему для героя и его дочери время протекает иначе — это делается не ради красного словца, а для остроты главной драмы фильма: отец пережил свою дочь, потому что был вынужден работать.

Я замечал за собой склонность, даже базово изучив какую-то тему и увлекшись ею, попытаться включить избранные факты и объяснения в сюжет. Со второго прочтения замечаешь, насколько это неуместно, насколько это может нарушать повествование и, в общем-то, не выполнять той функции, ради которой представлялось важным все это внести в историю.

А иногда факты преображаются в элементы сюжета и растворяются в нем, переставая существовать самостоятельно, просто ради достоверности. Когда я писал сценарий к мультфильму «Звездные собаки: Белка и Стрелка», я просматривал материалы о реальных полетах с участием собак, ничего такого, базовые факты. Интересным мне показалось, что в космос отправляли собачек женского пола, потому что они писают не поднимая лапку, а в тех ракетах каждый сантиметр пространства был важен.
 
Трейлер мультфильма «Звездные собаки: Белка и Стрелка» (2010)

Я думал, как это обыграть, и сначала в сценарии появился такой, возможно, неуместный для семейного кино эпизод, где профессор объясняет чиновнику, почему нужны именно девочки, а инструктор, здоровенный пес Казбек, который мечтает полететь в космос сам и завидует курсанткам, подслушивает этот разговор, и затем тренируется ходить по-маленькому не поднимая лапку, приговаривая: «Можем ведь, если захотим». Этим он вызывает недоумение профессора: «Наверное, у него кризис личности». Это ушло, но все-таки осталась шутка с персонажем Мопса, который, оказавшись среди курсанток, все пытается доказать Казбеку: «Начальник, это ж женское отделение, я не девчонка, мне к пацанам надо!». На что Казбек хватает его за грудки и отвечает: «Раз привезли, значит, так надо. У нас ошибок не бывает. Поняла?». Мопс отвечает: «Понял… ла, а чего кипятиться-то?». Если вдуматься, сам персонаж Казбека с его трагикомедией невозможности полета в космос, с его, из-за этого, грустью и озлобленностью на Белку, родился из интереса к озвученному факту.

Факты и исследования могут трансформироваться в важный сюжетный поворот, удачную шутку, открытие персонажа о себе и о мире, в неожиданный контекст для представлений об изучаемой вами сфере или профессии.
К списку спикеров
Еще больше полезных статей на tvkinoradio.ru для сценаристов, режиссеров, операторов, монтажеров, художников-постановщиков, художников по костюмам, звукорежиссеров, композиторов, супервайзеров визуальных эффектов и продюсеров.
 

Обложка: Julian Dufort

 


Комментарии

Комментариев: 1

Смотрите также

Популярное
Практика

Должен ли костюм в историческом кино быть аутентичным

Художник по костюмам Ирина Жигмунд — о том, должен ли костюм в историческом фильме соответствовать музейным образцам или художник может проявить художественную фантазию

  • 11 января
  • 6461
Обзоры

14 основных видов драматургической композиции

Важнейшая вещь, необходимая как для создания фильма, так и для его понимания — композиция драматургии. Разберем, какие основные ее формы сегодня чаще всего встречаются в кино

  • 14 января
  • 6292
Практика

Определят ли квантовые сенсоры будущее видеосъемки

Работа над созданием квантовых сенсоров для видеокамер в самом разгаре. Что же несет новая технология?

  • 13 января
  • 3102
Обзоры

В одну реку дважды: 10 голливудских ремейков хитов мирового кино

К выходу голливудской версии знаменитой французской комедии «1+1» вспоминаем другие случаи, когда американские студии адаптировали мировые хиты: как при этом меняются оригинальные истории и какие ремейки принесли успех, а каких лучше бы не было

  • 12 января
  • 2799
Практика

Как сделать движение камеры оправданным

Динамичная камера помогает рассказать историю визуально и сделать фильм динамичнее. Но почему иногда активные передвижения могут показаться излишними?

 

  • 10 января
  • 2667
Практика

Еда в кино: как подать блюдо в кадре

Насколько свет меняет внешний вид продуктов? Почему иногда полезно нарушить идеальную композицию блюда? Разбираемся, какие приемы важны для съемки еды, и почему она выглядит аппетитно у Лассе Халльстрема и Софии Копполы и неприятно у Питера Гринуэя и Йоргоса Лантимоса

  • 9 января
  • 2303
Мы используем cookie-файлы, чтобы собирать статистику, которая помогает нам делать сайт лучше. Хорошо Подробнее