Слова

«Хотелось бы, чтобы режиссеры и продюсеры относились к записи звука на площадке так же, как и к самим съемкам»

Андрей Бельчиков и Сергей Большаков, специалисты студии Flysound, работавшей над фильмами «Лед» и «Притяжение» — о различии синхронных шумов и саунд-дизайна, проблемах в мышлении режиссеров и продюсеров и идеальной системе обучения специалистов


Еще больше полезных статей на tvkinoradio.ru для сценаристов, режиссеров, операторов, монтажеров, художников-постановщиков, художников по костюмам, звукорежиссеров, композиторов, супервайзеров визуальных эффектов и продюсеров.

— Расскажите, пожалуйста, что это за студия, в которой мы находимся, как она была создана?

Андрей Бельчиков: Студия называется Flysound, но это название появилось недавно. Открылась она в 2012 году и сменила несколько имен. Сейчас у нее новые владельцы, она стала фактически нашей. Мы здесь работаем инженерами, творческими единицами, которые ответственны за выпуск многих фильмов, выходивших за последние годы.

— Какие самые известные проекты можете назвать?

Андрей Бельчиков: Из известных: «Лед» и «Притяжение». Часть нашей команды принимала участие в фильме «Нелюбовь». За это мы получили награду американской академии звукоинженеров Golden Reel. Мы принимали участие в картине «Левиафан». Из последних работ — «О чем говорят мужчины 3» и «Напарник».
 
Трейлер фильма «Лед» (2018)

— Как ведется работа над фильмом и сколько человек участвует в аудиопродакшне?

Сергей Большаков: Все зависит от бюджетов и сроков. Но у нас принципиальная позиция: команда всегда одна и та же. Если сроки сжатые а сложность высокая — обращаемся к друзьям, привлекаем людей. А так наш основной коллектив — это семь человек.

— Это универсальные специалисты или люди узконаправленной специальности?

Сергей Большаков: Это узкие специалисты, в этом и смысл командной работы.

— Расскажите, кто у вас в команде есть сейчас?

Андрей Бельчиков: Сергей Большаков, сооснователь команды, главный идеолог. Леша Кузнецов — звукорежиссер перезаписи. В основном он занимается супервайзингом голосов, монтажом голосов. Соня Матросова — саундизайнер, Леша Кобзарь — саундизайнер, Маша Рассохина — шумооформитель.

Фото: предоставлено Flysound
Фото: предоставлено Flysound

Меня зовут Андрей Бельчиков, я супервайзер и звукорежиссер перезаписи.

Никита Квитка — монтажер эффектов, Паня Журавлева — монтажер голосов. Помимо основных людей у нас есть круг близких друзей-специалистов. Мы с ним вместе что-то обсуждаем, они могут прийти поделать какие-то свои музыкальные заготовки. Этих людей очень много, они иногда тусуются на студии. Она уже превращается в некое коммьюинити, которое формирует вокруг себя специалистов. Это все довольно живой процесс: когда люди находят друг друга они много времени проводят вместе.

Сергей Большаков: Даже если идеологически они не сходятся — с ними тоже интересно взаимодействовать. Потому что дополнительный взгляд на вещи, переосмысление или расширение знаний — всегда очень полезно.

— Какие особенности создания синхронных шумов в студии вы можете назвать?

Андрей Бельчиков: Многие путают синхронные шумы, саунд-дизайн, эффекты и прочее. В студии создается очень много разных звуков, которые не имеют отношения, допустим, к голосу. Например, в одной комнате пишут шаги, в другой комнате монтируют коньки. Это разное, и коньки при этом отнюдь не синхронный шум.

На съемках фильма «Лед» (2018) / Фото: предоставлено Flysound
Запись звуковых эффектов для фильма «Лед» (2018) / Фото: предоставлено Flysound 

Сергей Большаков: С другой стороны, они могут им быть. Зависит от того, как мы распределим задачи.

Андрей Бельчиков: Допустим, выстрелы, которые монтируются в студии — это саунд-дизайн. А шаги, ткань или ручки — это синхронные шумы. Многие просто объединяют под словом «синхронные шумы» вообще все, что происходит на студии.

— Сергей до интервью говорил, что в фильме «Лед» нужно было сделать так, чтобы коньки мужчины и женщины звучали по разному. Вы постоянно ставите себе такие задачи?

Сергей Большаков: Я вообще хотел бы отличать звуки по половому признаку, как это ни странно. Потому что это тоже часть жизни! И сексуальность походки или возрастные особенности нужно передавать. С одной стороны, есть задача воспроизвести естество, а с другой — сделать это художественно.

Фото: предоставлено Flysound
На съемках фильма «Лед» (2018) / Фото: предоставлено Flysound

Андрей Бельчиков: Да, особенности в создании синхронных шумов начинаются от звукоизвлечения, которое сложно объяснить. А заканчиваются техническими особенностями — динамический диапазон микрофона и так далее. Никто не знает, как одна из наших любимых шумооформительниц Наташа Зуева, с которой мы делали множество проектов, одним и тем же тапком разных персонажей делает злыми, добрыми, веселыми или грустными в двух соседних сценах.

— Как часто актеров переозвучивают и как часто звук берется с площадки?

Сергей Большаков: Это менялось исторически, в зависимости от годов производства. Когда не было возможности оборудование возить на площадку — всегда переозвучивали. Один из первых фильмов, где звук взят с площадки — «Космическая одиссея» Стэнли Кубрика. Ему было принципиально, чтобы актеры говорили в кадре, чтобы была эмоция.

В наше время это уже стало нормой. Сейчас в основном все пишут чистовой звук на площадке, по крайней мере стараются изо всех сил! Получается по-разному, но это делают. И дальше все зависит от задач, то есть если режиссер вдруг решил изменить слова, вложить в диалоги другой смысл — нужно будет переписывать это в студии.

Или может что-то не получиться на площадке. Например, команда неверно выбрала локацию. Нужен XIX век, а там самолеты летают рядом. Приходится переозвучивать или записывать фразы между самолетами. Также неизбежен технический брак. Мне кажется, что звук с площадки в российском кино составляет сейчас примерно 80%. На «Левиафане» было, наверное, 98%
 
Съемки фильма «Левиафан» (2014)

Андрей Бельчиков: На «Нелюбви» — 99.9%

— Вы сами пишете звук на площадке или это делают другие люди?

Сергей Большаков: Есть люди, которые справляются с этим гораздо лучше нас. Другое дело, что мы можем поставить им определенные задачи. Попросить их обратить внимание на конкретные моменты. Их основная задача — качественно записанные диалоги.

Андрей Бельчиков: Если человек хочет хорошо работать на площадке, он должен работать только на площадке. Как правило, иначе сделать хорошо не получается — либо не хватает времени, либо еще чего-то.

Сергей Большаков: Требования технологий сильно выросли. Наверное, есть человек, который может все это сделать самостоятельно, но это сложно по времени и знать надо очень много.

Фото: предоставлено Flysound
Фото: предоставлено Flysound

— Приходится ли привлекать западных специалистов?

Сергей Большаков: Приходится, потому что у них уже есть определенный опыт. Тот же фильм «Притяжение»: в России не делали еще такой коммерческой фантастики никогда. Чтобы не изобретать велосипед, мы обратились к западным специалистам, которые нам помогали делать звуки инопланетян и тарелок. Это еще и общение с коллегами, опыт.

Это не только мы делаем последние годы: это распространенное явление. Все так или иначе стараются привлекать иностранцев, чтобы они помогали уровень поддерживать и делиться опытом.

— Бывает так, что наши специалисты работают над их проектами ?

Сергей Большаков: У нас здесь такое произошло недавно.

Андрей Бельчиков: Мы занимались озвучиванием нового фильма Рэйфа Файнса «Белая ворона». Там очень много актеров из России и Сербии, из Польши. То есть из Восточной Европы. Они искали студию в Москве и в Питере, где можно было бы записать актеров так, как привыкли это делать они, в привычных для них условиях, со специалистами, которые могли бы им помочь.

На съемках фильма «Белая ворона» / Фото: BBC Films
На съемках фильма «Белая ворона» / Фото: BBC Films 

Они нашли нашу студию, им нужно было большое помещение. Подошла одна из наших студий перезаписи с хорошей акустикой. Они там устроили студию речевого озвучания и там работал наш Леша Кузнецов. Схема речевого озвучания была достаточно сложной, поскольку каждая реплика была важна. Там же делали премиксы сразу в онлайн-режиме, чтобы понять, подходит эта реплика или нет.

Андрей Бельчиков: Все было на профессиональном уровне. Более того, потом Леша уехал на премиксы в Лондон, чтобы курировать всю русскоязычную часть, потому что монтажер диалогов-иностранец не может какие-то вещи оценить. Более того, ему пришлось там очень много монтировать, потому что в процессе происходили какие-то изменения. В общем-то, все остались довольны.

Мы с ними продолжаем обмениваться какими-то fx’ами, эффектами. Мы высылаем им наши фоны, они нам — свои. Происходит общение, и это классно.

— Есть ли какие-то сложности, которые вы могли бы выделить в целом в аудиопродакшене в России?

Сергей Большаков: То, о чем мы всегда говорим. При том, что все меняется в сторону современного производства, мышление большинства продюсеров и режиссеров остается…несовременным. К сожалению, многие из них к звуку относятся как к чему-то второстепенному. Хотелось бы изменений в этом направлении: чтобы режиссеры и продюсеры серьезно относились на площадке к записи звука. так же, как и к самим съемкам. И на постпродакшене понимали необходимость более глубокого погружения в материал.

Фото: предоставлено Flysound
Фото: предоставлено Flysound

Потому что, опять же, в западной системе это понимание глубже. Там тоже есть свои конфликты и свои сложности. Это вполне естественно, они будут и были. Просто степень глубины и взаимодействия хотелось бы скорректировать. Это основное.

Андрей Бельчиков: В целом во всем мире проблемы у звука одни и те же. Качество записи и отношение к звуку на площадке -— это тоже довольно универсальная вещь, но на Западе это ценится намного больше. Ощущение, что большинство российских режиссеров и продюсеров, в отличие от западных, не понимают, какой инструмент у них сейчас есть в руках. Мышление сохранилось на уровне ноутбука с наушниками.

К счастью, удается находить людей, которым это важно, с которыми мы продолжаем работать, и очень часто это можно видеть на примерах: люди, которые хотят что-то делать — находят режиссеров и продюсеров, которые бы хотели, чтобы им кто-то это сделал. А люди, которые относятся к этому как к зарабатыванию денег, находят своих режиссеров и продюсеров.

— Как специалистам поднимать уровень ?

Сергей Большаков: Старая школа киношного образования , советская, готовила индивидуальных мастеров, совершенно не претендующих быть рядовым специалистом в какой-то области. Сейчас технология как раз не требует такого индивидуализма, а подготовки специалистов узких профилей — командного мышления и взаимодействия с современными возможностями съемки и работы со звуком. Как раз таких специалистов, по большому счету, нет.

Фото: предоставлено Flysound
Фото: предоставлено Flysound

Потому что у людей, которые заканчивают высшие учебные заведения по звукорежиссуре, почти нет практического опыта. Они прекрасно владеют художественной частью, образным мышлением, знают традиции и так далее — тут вопросов никаких нет. Но прикладного умения там недостаточно. И как раз вот этот дисбаланс школа кино и телевидения «Индустрия» Федора Бондарчука, на наш взгляд, устраняет.

Андрей Бельчиков: Исторически мы не подбирали людей по дипломам. Даже, по большому счету, не по навыкам, а по желанию чему-то научиться. Люди приходили и попадали сразу в реальные условия: сначала их было двое, потом четверо, потом шесть. То есть приходит человек, мы его спрашиваем, чем бы ему хотелось заниматься, и дальше уже нагружаем его работой, которую мы постоянно контролируем, получаем от него фидбэк и таким образом готовили и будем готовить специалистов, которых мы можем сразу устроить в индустриальную цепочку, причем не только нашу, но и всеобщую на рынке.

Фото: предоставлено Flysound
Фото: предоставлено Flysound

— Что будет актуально завтра и к чему надо готовиться с точки зрения звука? Может какие-то сейчас технологии уже есть, которые еще не введены в широкую эксплуатацию?

Сергей Большаков: Как правило, компании которые придумывают новые технологии, стараются из них выжать максимум в течение лет 20. Условно говоря, когда-то кино было без звука, потом появился монозвук. Прошло еще лет 20 — пришло стерео. Прошло еще какое-то количество лет — появился 3:1, потом Surround Sound, потом 5:1, спустя тридцать лет появился Dolby Atmos — новая технология. Не вижу на ближайшую перспективу каких-то корректировок в этом вопросе, потому что технология еще даже до конца не вошла в полную мощь.

Фото: предоставлено Flysound
Фото: предоставлено Flysound

Андрей Бельчиков: Мне кажется, что если чуть-чуть отойти от технологий и посмотреть на это шире, то сейчас активнее всего меняется взаимодействие людей. Если раньше это были очень чопорные процессы, которые строго относились к перемонтажам, изменениям, то сейчас все перенасыщено компьютерными технологиями и нужно быть впереди требований продюсеров. То есть если они хотят сделать перемонтаж — все должны быть к этому готовы. Взаимодействие команды выходит на первый план.

Если ты не знаешь, что происходит за стенкой у коллеги — ты не можешь ему помочь, а он не может помочь тебе. Поэтому все стараются находится в контакте. Строгий алгоритмичный образ действий постепенно уходит. И тот, кто будет его придерживаться, он...

Сергей Большаков: … закостенеет.

Андрей Бельчиков: Как хороший пример: все сводили на пультах и за них очень долго держались. И как-то приехал известный иностранец, который на все эти дорогостоящие многомиллионные пульты поставил пульт за полторы тысячи долларов и сводил все внутри компьютера, потому что это звучало лучше, ему было удобнее и получался хороший результат.

Фото: предоставлено Flysound
Фото: предоставлено Flysound

— Можно ли качественно смонтировать звук для фильма в домашних условиях? Имея просто компьютер и наушники?

Сергей Большаков: Реальность сегодняшнего дня как раз в том, что индустрия звукозаписи и видеомонтажа постепенно переползает в домашнюю среду. Единственное, что еще не решено — это комфортные акустические условия, где ты должен поточнее звук сбалансировать, настроить. Но технически, не считая акустические условия, тебе уже ничего не мешает.
 

Обложка: предоставлено Flysound

 

Комментарии

Комментариев: 2

Авторы несут околесицу, что как бы говорит об их профессиональных навыках. Звук на площадке некоторые голливудские кинофирмы писали даже на заре звукового кино — это очень смешно обыгрывалось в «Поющих под дождем» (1952).

Многоканальный звук как на советских, так и на западных картинах, с конца 50-х присутствовал на 70-мм пленке, и объем был покруче, чем во всяких долби атмос раз в сто. 

Теперь неудивительно, что в Нелюбви и Прятяжении половины диалогов просто не разобрать — ведь работали профессионалы, которые пишут на площадке «живой» звук, обработанный шумодавом. Глядишь, завтра подобные специалисты и все шумы будут писать прямо на айфон.

Всё по делу сказали

Смотрите также

Популярное
Практика

Как это снято: «Бриллиантовая рука»

Вспоминаем, как снималась эксцентричная, добрая и невероятно смешная комедия Леонида Гайдая, которая стала одним из самых популярных фильмов за всю историю советского кинопроката

9 декабря 10426
Мнение

Что не так с фильмом «Аванпост»: не те референсы, не тот хронометраж, не то промо, не те инопланетяне

На примере фильма «Аванпост» рассматриваем тяжелый случай, когда невнятно продуманные цели и неправильно поставленные задачи могут убить даже такой востребованный жанр, как современная постапоклиптическая фантастика

2 декабря 4208
Обзоры

Главные сериалы этой зимы

Впереди нас ждут длинные морозные вечера, прерываемые длинными каникулами, поэтому мы подобрали вам краткую программу из сериалов, которые заставят согреться. На всякий случай, запишите: «Ведьмак» — 20 декабря, «Новый папа» — 14 января, финал «Родины» — 9 февраля

3 декабря 3018
Практика

Что такое препродакшн: 10 базовых шагов до старта съемок

Препродакшн — это основа любого хорошего видео, без которой вы обречете себя на суету и срывы сроков. Разберем главные моменты, опираясь на которые вы сможете качественно подготовиться к производству фильма

5 декабря 2327
Мы используем cookie-файлы, чтобы собирать статистику, которая помогает нам делать сайт лучше. Хорошо Подробнее