Слова

«В ближайшее время VR-фильмы дойдут и до “Оскара”»

39-й ММКФ в самом разгаре, а вокруг стилизованного под хохлому павильона Russian VR Seasons толпятся любопытствующие. Внутри него сидят люди в странных очках и нелепо вращают головами. Мы поговорили с руководителями проекта о том, что все это значит

  • 27 июня
  • 383
Родион Чемонин

— Что такое Russian VR Seasons? Разовая акция? Или долгосрочный проект?

Денис Семенов, арт-директор куратор Russian VR Seasons

Программа Russian VR Seasons появилась не так давно. Мы собрали работы русских кинематографистов, работающих в технике виртуальной реальности, объединили их в одну программу, назвали Russian VR Seasons и выставили на 70-м Каннском фестивале в рамках кинорынка Marche du Film. Опыт оказался успешным, и мы решили развивать этот бренд. Мы начали собирать работы VR-художников и просто творческих ребят, и, наконец, договорились с организаторами 39-го ММКФ. Теперь мы здесь в качестве полноценной секции кино виртуальной реальности.

Наталья Северина (креативный продюсер Russian VR Seasons):

Название мы выбрали как своеобразный трибьют известным всему миру «Русским сезонам Дягилева». Дягилев популяризировал русское искусство за рубежом, а нам очень хотелось, чтобы на Каннском фестивале нас ассоциировали и с искусством, и с технологиями. На ММКФ мы решили продолжить эту связь с русской духовностью. Плюс ко всему это название должно привлекать русского зрителя, который так же любит духовное, красивое, возвышенное. Многие люди считают, что VR это не для них, что технология не предназначена ни для любителей арт-хауса, ни для поклонников большого кино. Поэтому мы решили привлечь их внимание хотя бы внешним видом.

— Вы действительно думаете, что любой фестиваль А-класса со временем приобретет постоянную VR-программу?

Денис Семенов: Да, конечно. Уже сейчас VR-секции интегрированы практически во все крупные фестивали. Например, Венецианский смотр уже организовал полноценный конкурс для фильмов, сделанных в технологии виртуальной реальности. Они отбирают 18 лучших работ со всего мира и дают им призы. Это небывалый шаг для индустрии.

У нашей программы на ММКФ тоже есть свои особенности. Обычно на международных фестивалях такие показы проходят в закрытом формате с узконаправленной целевой аудиторией: это пресса и подготовленные люди. Мы же получили возможность открыть часть показа для обычной публики, которая может купить билеты. По результатам первых дней фестиваля у нас проданы все места. И мы рады, что к нам стоят очереди,а люди остаются после показов, чтобы послушать комментарии режиссеров, продюсеров. К такому мы не были готовы.

В павильоне Russian VR Seasons на ММКФ / Фото: Виктор ВытольскийВ павильоне Russian VR Seasons на ММКФ / Фото: Виктор Вытольский​


— Как реагируют западные специалисты на российские ролики?

Наталья Северина: У нас есть прецедент. На Каннском фестивале американская студия, которая занимается примерно тем же, что и мы, предложила купить наш контент. Эти пакеты короткометражных фильмов они будут дистрибьютировать через свою платформу на сайте, продавать их производителям очков и на фестивали. То есть американцы уже готовы покупать русский контент. Я думаю, мы — не единственные, кому поступят такие предложения.

— Как раз хотел спросить: где у нас в стране можно научиться производству VR-фильмов?

Денис Семенов: Полноценных курсов пока нет. В МШК, например, организовали лабораторию VR-видео, где можно получить базовые навыки. Но технологии быстро развиваются, преподаватели и ученики не успевают за ними, каждый день появляется новое ПО, программы и очки. 

Логотип Russian VR Seasons


— Что нужно знать, чтобы приступить к созданию своего VR-фильма?

Денис Семенов: Набор знаний достаточно традиционен. Но в нашем случае меняется принцип постановки кадра, принцип написания сценария, технологии и выстраивание мизансцен. Главное новинка в VR-кинематографе — исчезновение понятия «кадр» . Здесь нужно привлекать внимание зрителя другими способами.

— Когда появится возможность простому пользователю снимать VR-видео?

Георгий Молодцов (куратор Russian VR Seasons):

По сути дела, еще год назад технология требовала вручную работать с каждым кадром отдельно. Сегодня камера уже сама быстро обрабатывает изображения, что позволяет нам быстро получать плейбэк. Вопрос в другом: что снимать? Появилось большое количество любительских VR-камер, которые подключаются к телефону, и мы можем работать с ними, как с обычными камерами, но конечно, их возможности уступают профессиональным и полупрофессиональным техникам. Пока что мне кажется, что такая любительская техника нужна для того, чтобы выработать творческие инструменты для работы с ними.

(Молодцов ненадолго отвлекается на приложение в своем телефоне, и на большом мониторе появляется изображение, где мы видим себя «со всех сторон»)

Вот, видите, что я сделал? Безо всяких проводов подключил камеру, телефон и плейбэк, и  мы с вами уже видим нас самих в формате виртуальной реальности. Осталось только вставить этот телефон в шлем и тут же посмотреть, что получается.

— Оператор, получается, не нужен? Поставил камеру на штатив, и пускай себе снимает?

Георгий Молодцов: Оператор-постановщик нужен всегда, потому что ракурс, выбор положения, света и направления объективов всегда влияет на восприятие. У всех операторов, снимающих профессиональные фильмы на VR, есть очень большой опыт работы либо на телевидении, либо в кино.

Георгий Молодцов в павильоне Russian VR Seasons на 39-м ММКФ / Фото: Виктор ВытольскийГеоргий Молодцов в павильоне Russian VR Seasons на 39-м ММКФ / Фото: Виктор Вытольский​

— То есть оператор готовится, выстраивает кадр, включает камеру — и убегает?

Георгий Молодцов: Чаще всего да. Но вопрос в том, насколько далеко надо убегать. Есть ли инструменты, чтобы снимать дальше. Это действительно очень похоже на то, каким было наше документальное кино. Дворцевой, ранний Лозница… Камера наблюдает без участия режиссера, но ведь режиссер — это тот, кто выбрал точку и момент съемки. Поэтому я осмелюсь говорить, что мы продолжаем традиции синема-верите. Мы просто хотим, чтобы профессиональные режиссеры развивали это направление.

— Вы же видели VR-ролик к «Чужому: Завет»? Это был новый вид промо. Когда, по-вашему, большие студии станут делать полноценные фильмы в виртуальной реальности?

Наталья Северина: Вы знаете, что в этом году Алехандро Гонсалес Яньяритту пошел дальше всех. Он вывозил людей за город, помещал их в ангар и показывал им полноценный VR-экспириенс (проект называется «Carne Arena», у нас принято переводить как «Кровь и песок». — прим. автора). Я думаю, что совмещение театра и видео  будет новым ходом для промо. Скорее всего, людям со временем надоест просто смотреть в очки, они захотят чего-то нового. Например, зритель будет заходить в систему комнат на 15–20 минут и попадать в новый мир.


«Чужой: В утробе»

— Почему 15–20 минут? Зритель устает?

Георгий Молодцов: Да. Я думаю, это самый важный фактор, почему просмотры не длятся больше 30–35 минут. Устает устройство, устают глаза.

— Вы все время говорите о VR как об искусстве. Вы действительно так считаете?

Наталья Северина: Да, безусловно. Для нас это большой шаг, сравнимый с «Прибытием поезда». Очки виртуального пространства позволяют нам смотреть кино с другой точки зрения. В первую очередь, мы хотим, чтобы все поняли, технология здесь надолго. Разве что очки станут удобнее, наверное.

Наталья Северина и Денис Семенов / Фото: Виктор ВытольскийНаталья Северина и Денис Семенов / Фото: Виктор Вытольский​

— Каким вы видите VR-кинотеатр?

Георгий Молодцов: Таким же, как и сейчас Russian VR Seasons: небольшой зал на тридцать человек. Плюс несколько одиночных зон, в которых могут быть зрители с контроллерами для того, чтобы направлять свое движение. Сейчас такие контроллеры существуют не только под дорогие шлемы, типа HTC Vive и Oculus, но и под обычные мобильные устройства. И это работает.

— В чем разница между 360-градусным кино и VR-фильмом?

Денис Семенов: Определения пока формируются, но есть понятия «сферический фильм» и «True VR». В первом случае мы стоим на месте и смотрим, как вокруг нас развиваются какие-то события. В True VR, как у того же Иньяритту, ты — участник событий и действуешь как герой фильма.

Установка  из 16 камер GoPro для съемки 360-градусного видеоУстановка из16 камер GoPro для съемки 360-градусного видео​

— Появится ли 4K-камера для VR?

Денис Семенов: Снимать сейчас можно в любом разрешении. Другое дело — на чем это смотреть. Мы на Russian VR Seasons показываем фильмы на легких мобильных телефонах Samsung Galaxy и шлемах Samsung Gear VR, без привязок к проводам и серверам. Правда, у мобильного телефона перегревается процессор, а также есть ограничения экрана.

— У кого-нибудь из вас есть любимый VR-фильм, представленный на Russian VR Seasons?

Георгий Молодцов: Мне, как программному директору, который все эти фильмы собирал, нравится все без исключения. Но у нас был ролик для ознакомления от одной из компаний, в котором дрон подлетал к водопаду Анхельна, снимая на 360 градусов. Я решил вечером посмотреть его просто для себя и «завис» на шесть минут. Даже несмотря на сжатость изображения, я почувствовал, что вылетел из давки людей, из переживаний в совершенно иной мир. Это очень хорошо успокаивает.

— Последний вопрос: когда на «Оскаре» появится номинация «Лучший VR-фильм»?
 

Денис Семенов (смеется): На самом деле, VR-фильм «Invasion!» голивудского режиссера Эрика Дарнелла, известного по мультфильму «Мадагаскар», уже получает награды в США. Вообще, в Голливуде очень заинтересованы в продвижении VR-технологий, как и любых других передовых решений. Так что до «Оскара» мы дойдем в ближайшее время.


Комментарии

Напишите комментарий первым!


Необходимо исправить следующие ошибки:


    Смотрите также

    Мы используем cookie-файлы, чтобы собирать статистику, которая помогает нам делать сайт лучше. Хорошо Подробнее